При научной поддержке Евразийской Ассоциации Терапевтов

Педиатрия

ДЦП и его место в современной педиатрии

Среди заболеваний нервной системы главной причиной детской инвалидности является детский церебральный паралич, распространенность которого составляет 2–2,5 случая на 1000 детей. В среднем, число детей с перинатальной патологией в России составляет около 24% от всего детского населения. В нашей стране официальный статистический учет детской инвалидности введен с 1996 г. За первое отчетное десятилетие показатели общей инвалидности в возрастной группе 0-4 лет выросли по всем федеральным округам, с максимальными значениями прироста в Южном ФО (+59,1%). Максимальный прирост показателя общей инвалидности у детей 0-4 лет был зарегистрирован на территории Еврейской АО (+280%), а показателя впервые выявленной детской инвалидности – в Республике Северная Осетия (+390,3%). Классификация Детский церебральный паралич (ДЦП) – это термин, используемый для обозначения группы непрогрессирующих нарушений позы тела и движений, вызванных повреждением центральной нервной системы (ЦНС), произошедшим в антенатальном, интранатальном или неонатальном периоде. Двигательные нарушения, характерные для ДЦП, часто сопровождаются интеллектуально-мнестическими, речевыми, пароксизмальными расстройствами. В основе различных классификаций ДЦП лежат преобладающие расстройства движения: так, например, одна из классификаций предполагает наличие четырех основных видов церебрального паралича (спастический, атетоидный, атактический и смешанный); другая классификация выделяет три категории двигательных нарушений: спастическая – с повышенным мышечным тонусом и сухожильными рефлексами (верхний или нижний парапарез, тетрапарез, односторонняя или двойная гемиплегия); дискинетическая – с нарушением содружественности и адекватности регуляции мышечного тонуса (атетоидная или гиперкинетическая форма); атактическая – с нарушением координации произвольных движений (атонически-астатическая или смешанные формы церебрального паралича). Несмотря на то, что ДЦП является ведущей причиной детской неврологической инвалидности как в России, так и во всем мире, и борьбой с этой патологией озабочены ученые и врачи всего мира, за последние 20 лет заболеваемость ДЦП имеет тенденцию к росту. Следует отметить, что современные достижения медицины оказывают на статистику ДЦП двоякое влияние. С одной стороны, такие факторы риска патологии, как резус–конфликт матери и плода с последующим развитием билирубиновой энцефалопатии, в настоящее время хорошо поддаются контролю и лечению, что несколько уменьшило частоту гиперкинетических форм ДЦП, с другой стороны, значительно увеличился удельный вес таких факторов риска ДЦП, как преждевременные роды и многоплодные беременности. Факторы риска Во время сложного процесса антенатального формирования ЦНС плода подвержена потенциальному риску различных аномалий. Некоторые из этих аномалий могут затрагивать структуру мозга, в то время как другие, визуально не определяемые, могут вызывать значимые нарушения проведения по коре головного мозга. Аномалии структуры или проводящей системы ЦНС могут иметь как наследственный, так и спорадический характер. Некоторые инфекционные заболевания матери и плода увеличивают риск церебрального паралича, в том числе вирус краснухи, герпеса, цитомегаловирус (ЦМВ), токсоплазмоз. Каждая из этих инфекций потенциально опасна для плода, только если мать в процессе беременности встретилась с ней впервые или если инфекция активно персистирует в ее организме. Большинство женщин имеют иммунитет к перечисленным инфекциям к тому времени, как они достигают детородного возраста, тем не менее, целесообразно определять иммунный статус женщины с помощью теста на TORCH инфекции (токсоплазмоз, краснуха, цитомегаловирус, герпес) до и во время беременности. Тяжелая асфиксия в родах сегодня не так часто встречается в развитых странах, однако ее вполне достаточно, чтобы привести в дальнейшем к формированию грубых двигательных и психических нарушений. Причины асфиксии могут быть механические: например, тугое обвитие пуповины вокруг шеи плода, ее пролапс и выпадение, а также гемодинамические: кровотечения и другие осложнения, связанные с преждевременной отслойкой плаценты или ее патологическим предлежанием. Около 15% случаев церебрального паралича у детей вызваны причинами, воздействующими на организм ребенка уже после рождения. Несовместимость матери и ребенка по группе крови или резус-фактору может привести к билирубиновой энцефалопатии плода (так называемой «ядерной желтухе»), чреватой формированием гиперкинетических или дискинетических синдромов. Серьезные инфекции, которые влияют на мозг напрямую, такие как менингит и энцефалит, также могут вызвать необратимые повреждения головного мозга, приводящие к стойкому инвалидизирующему дефициту моторики и психики. Неонатальные судороги могут как непосредственно вызывать поражение ЦНС, так и являться следствием других скрытых патологических факторов (энцефалит, инсульт, метаболический дефект), которые также будут способствовать формированию стойкого дефицита моторики и психики. Клиника Симптомы ДЦП можно условно подразделить на основные и сопутствующие. К основным симптомам целесообразно отнести непосредственные результаты поражения структур ЦНС, приводящие к нарушению моторной и координаторной функции (парезы и спастичность мышц, нарушения координации и мелкой моторики, дистонические атаки и гиперкинезы). Сопутствующие неврологические проявления церебрального паралича также являются следствием поражения ЦНС, часто сопровождают церебральный паралич, однако не являются обязательными его спутниками и не имеют отношения к двигательной сфере: Интеллектуальные/познавательные нарушения и нарушения поведения. Эпилепсия и другие пароксизмальные расстройства. Нарушения зрения и слуха. Нарушения речи (дизартрия) и питания. Сопутствующие симптомы церебрального паралича зачастую снижают качество жизни пациентов больше, чем основные симптомы заболевания. В качестве примера можно привести следующие статистические данные: около 1/3 больных ДЦП имеют средние и тяжелые интеллектуальные и познавательные нарушения, около 1/3 – легкие нарушения интеллекта и обучения, и только у 1/3 пациентов с церебральным параличом интеллект не поврежден. Диагностика Для церебрального паралича не существует универсального диагностического теста, однако ряд факторов могут обратить на себя внимание врача сразу после рождения ребенка: низкий балл по шкале Апгар, наличие аномального мышечного тонуса и движений. Чаще всего диагноз определяется к исходу первых 12-18 месяцах жизни малыша, когда по сравнению со здоровыми сверстниками патология двигательной системы становится очевидной. В диагностике ДЦП активно используют параклинические методики, например ультразвуковую, компьютерную магнитно-резонансную нейровизуализацию (выявление перивентрикулярной лейкомаляции, вентрикуломегалии, очагов ишемии или кровоизлияний или структурных аномалий ЦНС). Нейрофизиологические исследования (электроэнцефалография, электромиография, регистрация вызванных потенциалов) и лабораторные (биохимические анализы, генетические тесты), как правило, используют для выявления часто сопутствующих церебральному параличу патологических состояний (атрофия зрительных нервов, тугоухость, эпилептические синдромы) и дифференциальной диагностики ДЦП с множеством наследственных и обменных заболеваний, дебютирующих на первом году жизни ребенка. Восстановительное лечение Церебральный паралич не излечивается, именно поэтому речь идет о восстановительном лечении или реабилитации, однако своевременное и правильное восстановительное лечение способно привести к значительному улучшению функций, нарушенных болезнью. Программа восстановительного лечения ребенка с церебральным параличом зависит от тяжести, характера и преимущественной локализации симптомов, а также от наличия или отсутствия сопутствующих церебральному параличу нарушений слуха, зрения, поведения, познавательной деятельности и т.д. Наиболее серьезными препятствиями к реабилитации ребенка с церебральным параличом являются сопутствующее нарушение интеллекта и познавательной деятельности, которое мешает адекватному взаимодействию между пациентом и инструктором, и эпилептические судороги, которые при отсутствии медикаментозного контроля могут создавать для ребенка риск жизнеугрожающих осложнений на фоне активного стимулирующего лечения. На сегодняшний день разработаны специальные «мягкие» программы реабилитации для детей с эпилепсией, так же как и методики общения с интеллектуально-сниженными пациентами с ДЦП, то есть для каждого пациента может и должна быть разработана своя, индивидуальная программа реабилитации, учитывающая его возможности, потребности и проблемы. Продолжительность восстановительного лечения для пациента с церебральным параличом не ограничена, при этом программа должна быть гибкой и учитывать постоянно меняющиеся факторы жизни больного. Основной целью реабилитации при церебральном параличе является адаптация больного человека в социуме и его полноценная и активная жизнь. По материалам: www.rmj.ru

Циклесонид в лечении бронхиальной астмы у детей

В статье представлен обзор клинических исследований, свидетельствующих о высокой эффективности и безопасности применения нового ингаляционного глюкокортикоида на основе циклесонида в лечении бронхиальной астмы у детей. Циклесонид — экстрамелкодисперсный глюкокортикоид, имеющий высокую легочную биодоступность (52%), из которых 55% распределяется в периферических дыхательных путях, играющих важную роль в развитии и течении астмы. Высокая противовоспалительная активность, минимальное число системных и местных побочных эффектов, однократ ный прием в сутки делают использование данного препарата предпочтительным в педиатрической практике. Циклесонид в лечении бронхиальной астмы у детей from МыВрачи

Функциональный запор у ребенка

Одним из наиболее частых патологических состояний желудочно–кишечного тракта (ЖКТ) у детей разного возраста являются запоры. Они входят в число 10 актуальных проблем, которыми занимаются педиатры общей практики, и обусловливают, согласно данным Международного фонда по проблемам функциональных расстройств ЖКТ (International Foundation for Functional Gastrointestinal Disorders – IFFGD), 3-5% визитов к педиатру. Запоры отмечаются у 30-50% трудоспособного населения развитых стран, среди больных с патологией ЖКТ – у 70%. По данным разных авторов, запорами страдают от 10 до 40% детей в популяции. Однако истинную частоту запоров в детском возрасте установить невозможно, поскольку вследствие низкого уровня медицинской культуры части населения и недостаточности санитарной пропаганды обращаемость к врачам по этому поводу пока невысока. Запор – это нарушение функции кишечника, выражающееся в урежении (по сравнению с индивидуальной физиологической нормой) возрастного ритма акта дефекации, его затруднении, систематически недостаточном опорожнении кишечника и/или изменении формы и характера стула. Считается, что в физиологических условиях частота стула у детей на грудном вскармливании – от 1 до 6-7 раз в день, у детей до 3 лет – не менее 6 раз в неделю, старше 3 лет – не менее 3 раз в неделю. По этиологии все запоры можно разделить на две группы: функциональные; органические. Наиболее частыми причинами формирования функциональных запоров у детей раннего возраста (0-4 года) считают: перевод на искусственное вскармливание; формирование пищевой аллергии (прежде всего к белкам коровьего молока); императивное воспитание туалетных навыков (у детей 1-2 лет); болезненность дефекаций с развитием «боязни горшка»; начало посещения детского учреждения; отсутствие «комфортных» условий для осуществления акта дефекации. Основа патогенеза функционального запора – дисбаланс тормозящих и стимулирующих нейрогуморальных влияний на моторную функцию кишки, нарушение соотношения между пропульсивной и ретроградной моторикой при отсутствии видимых морфологических изменений кишки. Могут отмечаться уменьшение пропульсивной активности и замедление транзита по всей толстой кишке (гипомоторные кологенные запоры) или нарушение продвижения содержимого по ректосигмоидному отделу с нарушением функции изгнания (проктогенные запоры). В патогенезе проктогенных запоров определенная роль отводится повышению порога возбудимости рецепторов слизистой прямой кишки к наполнению, изменению резервуарной функции прямой кишки, спазму внутреннего анального сфинктера, дисфункции мышц тазового дна, утрате условного рефлекса на акт дефекации, вследствие чего нарушается эвакуация кишечного содержимого. «Кишечные» проявления хронических запоров – это, прежде всего, болевой синдром, метеоризм и нарушения дефекации. Боли могут локализоваться в любом отделе живота, но чаще – в гипогастрии, левой половине живота, правой подвздошной области или в проекции прямой кишки. В зависимости от типа запоров боли в животе могут иметь спастический характер, по типу колики (чаще при гипермоторных кологенных запорах), или быть тупыми, распирающими, давящими (дистензионные боли) при гипокинетических запорах. Отличительной особенностью абдоминальных болей при запорах является связь с дефекацией (чаще – облегчение, особенно при гипокинетическом типе), метеоризмом и флатуленцией, а также с приемом спазмолитиков или сорбентов, снижающих интенсивность болевого синдрома. У больных в большинстве наблюдений отмечаются нарушения акта дефекации: дефекация малыми порциями несколько раз в день без ощущения полноты опорожнения кишечника, снижение позыва на дефекацию, затруднение акта дефекации, дополнительные потужные усилия, иногда – тенезмы. Следует отметить, что редкое опорожнение кишечника (до 3 раз в неделю) при условии полноты его опорожнения может быть индивидуальной физиологической особенностью дефекации и не рассматривается как запор. Как «внекишечные» проявления у детей с хроническими запорами могут наблюдаться различные рефлекторные симптомы: боли в области крестца, ягодиц, бедер (давление фекалий на сакральные нервные корешки); боли в области сердца, сердцебиение, одышка, головная боль, головокружения, что требует дифференциальной диагностики со сходной по клинике патологией. Отличительной особенностью «внекишечных» проявлений запора является их исчезновение (облегчение) после дефекации. Отмечается усиление вегетативной дисфункции, развитие ипохондрических, депрессивных состояний. Функциональный запор диагностируют при наличии у ребенка с запором после исключения органической патологии хотя бы 2 из следующих признаков: 2 или менее дефекаций в неделю; хотя бы 1 раз в неделю эпизод недержания кала или каломазания; длительные задержки стула в анамнезе; болезненная или затрудненная дефекация, длительное натуживание во время дефекации, дополнительные потужные усилия, ощущение неполного опорожнения кишечника; значительное количество пальпируемых каловых масс по проекции толстой кишки после дефекации; увеличение диаметра каловых масс; изменение характера и консистенции кала (плотный, комочками или значительного диаметра); симптомы отмечаются не реже 1 раза в неделю в течение 2 мес. до установления диагноза при условии наблюдения за больным не менее 6 мес. В комплексе дополнительных исследований проводят УЗИ органов брюшной полости, почек и малого таза, ректороманоскопию, фиброколоноскопию с биопсией из подслизистого слоя, гистохимическим определением активности ацетилхолинэстеразы (при подозрении на дис- или аганглиоз, в том числе болезнь Гиршпрунга) и гистологическим исследованием биоптатов, колодинамическое исследование, эндосонографию внутреннего анального сфинктера, сфинктерометрию, электромиографию, сцинтиколодефектографию, аноректальную манометрию и др. При вероятности интестинальной ишемии для дифференциальной диагностики используют допплерографию чревного ствола и, по показаниям, ангиографию сосудов брюшной полости. Основными принципами терапии функционального запора у детей являются комплексность и индивидуальный подход в зависимости от генеза запора, вида нарушения моторики толстой кишки и акта дефекации, наличия осложнений и характера сопутствующей патологии. Немедикаментозное лечение – основа терапии функционального запора. На начальном этапе при длительном анамнезе запоров и наличии выраженного колоностаза (пальпируемые фекалиты по проекции восходящей кишки) целесообразна предварительная очистка кишечника с помощью очистительной клизмы. При вторичных запорах проводят терапию основной патологии. После первичного удаления «ректальной пробки» из толстой кишки дальнейшую терапию запоров проводят по принципу step-up. Стараются устранить возможные причины формирования запора, выявленные при анализе анамнестических данных. Необходимо употребление жидкости в достаточном объеме, в том числе свежевыжатых овощных и фруктовых соков, компотов, кваса, показан настой шиповника. Из рациона должны быть исключены продукты, обладающие вяжущим действием и тормозящие моторику (сухари, сушки, блюда из риса, кисели, бананы, черника, айва, груша, гранат, какао, шоколад, кисели, слизистые отвары и др.), овощи, богатые эфирными маслами (репа, редька, редиска, лук, чеснок, грибы), а также еда всухомятку. При гипермоторных запорах целесообразны термическая обработка продуктов с клетчаткой, исключение продуктов, вызывающих метеоризм (бобовые, капуста, молоко). По материалам: www.rmj.ru

Распространенность коленных болей в подростковом возрасте

Боль в коленях наиболее распространена в подростковом возрасте. Подростки и их родители предполагают, что боль в коленях является безобидной и самопроходящей – они чаще всего избегают обращаться за медицинской помощью. Однако возможная долгосрочная прогнозированная боль в коленях не является благоприятным ощущением, и лечение медикаментозными методами предполагает более значительное снижение болевых ощущений по сравнению с "выжидательным" подходом. Целью данного исследования стало описание детерминант медицинской помощи среди подростков с болью в коленях и исследование необходимых типов лечения. Был произведен анкетный опрос онлайн с 2846 подростками в возрасте 15–19 в четырех высших средних школах. Анкета содержала вопросы о возрасте, поле, росте, весе, а также о том, какие участки тела болят на данный момент. Дополнительно интересовались частотой болей в коленях. Качество жизни измерялось с помощью EQ-5D, активностью в спорте и тем, обращались ли подростки за медицинской помощью. С теми, кто чувствовал регулярную боль в коленях, связывались по телефону. Подросткам были заданы вопросы о продолжительности болей, причине возникновения (в результате травмы или постепенно) и типах лечения в настоящее время. Итого 504 подростка сообщили о боли в коленях, которую они ощущают ежемесячно. Из них 59% обращались за медицинской помощью, и 18% проводят лечение. Большая продолжительность боли и высшая ее интенсивность увеличивали шансы обращения за медицинской помощью. Подростки, у которых боль в коленях возникла из-за травмы, с большей вероятностью обращались за медицинской помощью, чем с постепенно возникшей болью. Подростки первой группы с обострённой болью с большей вероятностью обращались за медицинской помощью. Наиболее часто боли лечили сочетанием упражнений и ортопедии (68% из тех, кто подвергался лечению). Выводы: подростки с постепенно возникшей болью в коленях не обращаются за медицинской помощью так же часто, как те, у которых боль возникла из-за травмы. Эти результаты имеют важное значение, поскольку возникающая постепенно боль в колене приводит к таким же последствиям, как и травматическая. По материалам: www.medscape.com

Во всеоружии!

Острые респираторные инфекции (ОРИ) «гуляют» по городам и весям круглогодично. Однако именно на осенний и весенний периоды приходится пик заболеваемости и возникновение эпидемий. Причины тому – любовь вирусов к холодной и влажной погоде и высокая плотность населения. Высоковероятный источник ОРИ – больные люди. Сознательные или вынужденные контакты с больными ОРИ многократно повышают вероятность инфицирования и развития заболевания. Кроме того, большинство из нас привыкло болеть «на ногах», тем самым вредя не только себе, но окружающим, которые вынуждены контактировать с разносчиком инфекции. Вывод очевидный: жизнь в обществе – это постоянный и реальный риск ОРИ. Уменьшить его поможет грамотная профилактика, а правильное и своевременное лечение позволит минимизировать последствия болезни.

Бактериальные лизаты в практике врача-педиатра

Проблема частых повторных острых респираторных заболеваний (ОРЗ) у детей является высоко актуальной из-за возможности развития хронических заболеваний органов дыхания и высокой социальной значимости. Персистенция бактериальной флоры, снижение ее чувствительности к антибиотикам, риск развития осложнений ставят актуальные задачи поиска альтернативных подходов к лечению и профилактике респираторных инфекций. В этой связи особый интерес представляют бактериальные иммуномодуляторы. На основании состава и особенностей механизма действия их можно разделить на две группы: бактериальные иммуномодуляторы системного действия и бактериальные иммуномодуляторы преимущественно топического действия. В лекции обобщен опыт применения бактериального иммуномодулятора системного действия Бронхо-Ваксом у часто болеющих детей. Показано, что назначение препарата как в остром периоде респираторной инфекции, так с профилактической целью способствует сокращению длительности заболевания, более легкому его течению, снижению потребности в назначении симптоматических средств, а также снижению числа повторных эпизодов ОРЗ.   Источник: www.medprofedu.ru Вопросы практической педиатрии, 2013, т. 8, №2, с. 35-40

Стафилококковая инфекция кожи у детей и ее связь с бытовыми условиями

Инфицирование детей золотистым стафилококком является серьезной проблемой в педиатрической практике. Целью исследования американских специалистов стала оценка частоты заражения золотистым стафилококком (ЗС) детей, члены семьи которых уже имеют инфекцию кожи и/или мягких тканей (ИКМТ), вызванная золотистым стафилококком. У исследованных пациентов была острая ИКМТ, их возраст составлял от 6 месяцев до 20 лет и все они были зарегистрированы в 2008-2009 в разных местах Сент-Луиса, штат Миссури. Все дети не имели хронических заболеваний (прим. переводчика: в Миссури детский возраст длится до 21 года), а также не подвергались в прошлом каким-либо медицинским вмешательствам, которые могли бы повлиять на результаты. Исследователи изучали по 3 культуры бактерий от каждого ребенка, полученные из слизистой оболочки носа, подмышечных впадин и паховых складок. Специалисты отправили пакеты на дом, чтобы ребенок и каждый член его семьи могли сдать анализы из вышеуказанных участков тела. В общей сложности в исследовании приняло участие 183 ребенка. Средний возраст детей составил 2,8 лет, из них 58% были девочками и 58% –  чернокожими. Примерно 60% детей имели медицинского страхового полиса, 48% сталкивались с ИКМТ в течение последних 12 месяцев перед началом исследования. Метициллин-резистентный золотистый стафилококк (МРЗС) был обнаружен у 79% детей, а метициллин-чувствительный стафилококк (МЧЗС) – у 21%. Треть инфекции обнаружена на ягодицах, 24% на нижних конечностях, на область паха и половых губ пришлось 10%. Пациенты, у которых была ИКМТ из-за МРЗС, были также частично заселены бактериями МЧЗС, и наоборот. Общее количество членов семей составило 661 человек (в среднем по 4 человека в каждой семье). Мазки были предоставлены 92% членам семей, из которых у 53% были выявлены штаммы золотистого стафилококка. Разбивка по членам семьи имеет такую картину: 19% болеют МРЗС, 32% МЧЗС, а еще у 2% были оба штамма. Факторы, которые увеличивают риск заражения золотистым стафилококком в бытовых условиях между членами семьи: родительство, аналогичный возраст (+/-10 лет), также имело влияние количество заражённых частей тела и домашняя плотность заражения. Среди всех больных, заражение паховых складок встречалось примерно так же часто, как и заражение слизистых оболочек носа (57% против 68%). Около 1/3 детей были заражены в подмышечных впадинах. Дети младшего возраста больше поддавались инфицированию паховых складок, чем старшего. Распространенность метициллин-резистентного золотистого стафилококка среди всех домашних контактов детей с больными ИКМТ составила 21%. Исследователи пришли к выводу, что бытовые контакты детей с ИКМТ вызванных золотистым стафилококком, приводили к гораздо высшему уровню зараженности стафилококком, чем среди населения в целом. Следует также уделить больше внимания такому месту инфекции, как паховая складка, которая ранее была недооценена. По материалам: www.medscape.com

Особенность передачи вируса папилломы человека от инфицированной матери ребенку

Проблема ларингеальной, оральной и генитальной инфекции ассоциированной с вирусом папилломы человека (ВПЧ) у детей, становится еще более актуальной в последнее десятилетие в связи с увеличением инфицированности взрослых. При наличии у матерей цервикальной папилломавирусной инфекции (ПВИ) у 4-87% новорожденных определяется вирус в соскобах из полости рта, способный в дальнейшем приводить к развитию ларингеального папилломатоза. Для определения факторов риска, способствовавших передачи ВПЧ от матери ребенку во время беременности и в родах, обследованы 143 пары «мать-новорожденный». Критерии включения в исследование: для матерей – выделение генетического материала ВПЧ из генитального тракта во время беременности; для новорожденных - проведенное исследование на ВПЧ аспирата из верхних дыхательных путей. Забор образцов эпителия шейки матки с целью обнаружения генетического материала ВПЧ осуществлялся цитощеткой (во 2-м или 3-м триместре беременности). Для выявления ВПЧ у новорожденного сразу после рождения производили забор аспирата из верхних дыхательных путей при помощи одноразового стерильного аспирационного катетера и вакуумного медицинского отсоса. Кумулятивная частота передачи ВПЧ от матери новорожденному составила 46,2%. Установлено, что социальные факторы риска не имеют принципиального значения в плане пренатальной передачи ВПЧ, как и паритет беременности и родов. Парадоксальные данные получены для факторов, определяющих соматическое и гинекологическое здоровье женщины в прегравидарном периоде – наличие патологии ЛОР-органов, воспалительные заболевания придатков матки и влагалища демонстрировали тенденцию к снижению шансов передачи ВПЧ от матери ребенку. Заболевания и осложнения настоящей беременности также не несли статистически отягощающего воздействия на передачу папилломавирусов плоду и новорожденному. Коинфицирование матерей, имеющих ПВИ гениталий, возбудителями других перинатально значимых инфекций с преимущественно половым путем передачи, не приводило к увеличению шансов выделения ДНК ВПЧ от новорожденных. Статистически значимым фактором, увеличивающим шансы пренатальной передачи ВПЧ в 2,55 раза, явилось наличие дисплазии шейки матки вне зависимости от степени тяжести процесса. Установлено критическое значение продолжительности безводного промежутка для интранатальной передачи ВПЧ вне зависимости от способа родоразрешения, которая составила 68 минут. При анализе признаков, характеризующих варианты ВПЧ-инфекции, установлено, что только факт инфицирования шейки матки более чем 1 генотипом ВПЧ статистически значимо повышает частоту передачи ВПЧ от матери ребенку (в 2,38 раз). При этом инфицирование матери папилломавирусами высокого канцерогенного риска (ВКР), как и низкоонкогенными типами (НКР) не имеет принципиального значения. Наличие дисплазии шейки матки в сочетании с выделением ДНК ВПЧ 16 и 31 генотипов сопровождалось статистически значимым увеличением частоты пренатальной передачи ВПЧ. У матерей ВПЧ-инфицированных детей наблюдалась более высокая вирусная нагрузка ВПЧ в шейке матки по сравнению с теми, которые родили ВПЧ-негативных детей. При последующем рассмотрении значимых качественных данных установлено, что наличие дисплазии шейки матки у матери повышает риск инфицирования новорожденного при вагинальном родоразрешении, в то время как кесарево сечение обладает протективным эффектом в отношении инфицирования ребенка ВПЧ как при наличии дисплазии у матери, так и при ее отсутствии. По материалам: www.bsmu.by

Заболевания щитовидной железы: о чём должна знать каждая мама

Отличное пособие для Ваших пациентов! Беременность и рождение ребёнка – прекрасные и волнующие периоды в жизни. Вместе с тем рождение ребёнка может оказаться очень сложным периодом в жизни, поскольку женщина сталкивается с большим количеством информации, относящейся к своему здоровью и здоровью малыша. Одно из состояний, о котором она должна знать, планируя создание семьи, – заболевание щитовидной железы. Заболевания щитовидной железы могут развиваться как во время беременности, так и после родов и в случае отсутствия соответствующего лечения могут привести к серьёзным последствиям как для мамы, так и для ребёнка.  

Распространенность бета-гемолитических стрептококков группы А среди клинически здоровых детей

Бактерионосители бета-гемолитических стрептококков группы А (СГА) являются одной из главных категорий источников стрептококковой инфекции, в частности скарлатины. В поддержании непрерывности эпидемического процесса скарлатины основная роль принадлежит больным стрептококковыми заболеваниями органов дыхания (СЗОД). Своевременное выявление больных СЗОД позволяет предотвратить в последующем в коллективах возникновение скарлатины. Целью исследования явилось установление распространенности носительства СГА среди здоровых детей, посещающих организованные коллективы, контактных лиц в эпидемических очагах скарлатины и больных с заболеваниями верхних дыхательных путей и оценка эффективности санации антисептиками выявленных носителей СГА. Для оценки распространенности носительства СГА среди населения было проведено бактериологическое обследование 181 здорового ребенка и 20 взрослых из числа персонала дошкольных учреждений (ДУ), контактных лиц в 40 эпидемических очагах скарлатины в ДУ (658 человек, из них 578 детей и 80 взрослых) и в семейных очагах (71 человек, из них 66 детей и 5 взрослых, которые были в контакте с больным скарлатиной вне ДУ). Также были обследованы на СГА бактериологическим методом 338 больных детей и взрослых с предварительными диагнозами «фолликулярная ангина», «лакунарная ангина», «обострение хронического тонзиллита», «острый фарингит», «острый паратонзилярный абсцесс», «ангина», «отит», «острые респираторные инфекции» (ОРИ) и др., обратившиеся в учреждения здравоохранения. Носительство СГА среди здоровых лиц в дошкольных учреждениях было выявлено у 12 детей (6,6%). Среди детей, посещающих младшую группу ДУ, представленных возрастом 3-4 года, удельный вес носителей составил 3,7%, в средней группе (4-5 лет) – 4,1%, а в старшей группе (5-6 лет) – 10,3%. Среди взрослых носительство СГА выявлено не было. С возрастом доля носителей среди детей, посещающих дошкольные учреждения, увеличивается с 3,7% у детей, посещающих младшую группу до 10,3% – старшую. Доля носителей бета-гемолитических стрептококков группы А среди контактных в эпидемических очагах составила 8,1%. Формирование носительства СГА среди контактных лиц происходит чаще в очагах скарлатины вне ДУ по сравнению с очагами в ДУ (7,1% и 16,9% соответственно). Удельный вес носителей в очагах скарлатины в дошкольных учреждениях был наибольшим в возрастной группе 16 лет (7,8%). Среди детей 1-6 лет риск формирования носительства СГА в очагах вне ДУ выше в 1,8 раза, чем в той же группе в очаге в ДУ. Удельный вес выявленных носителей СГА среди детей до 6 лет был выше, чем среди взрослых из персонала ДУ (7,8% и 2,5%). Удельный вес выявленных носителей бета-гемолитических стрептококков группы А в эпидемических очагах скарлатины в дошкольных учреждения и в очагах ДУ, в которых диагноз «скарлатина» был в дальнейшем снят, не отличался (7,3% и 6,9%). Удельный вес носителей СГА, выявленных среди детей женского и мужского полов, не отличался (8,1% и 6,2%). Санация антисептиками является высокоэффективным способом лечения бактерионосителей бета-гемолитических стрептококков группы А и позволяет получить отрицательный результат бактериологического обследования в 94,8% случаев после однократной санации. Полученные результаты исследования позволяют рекомендовать всех выявленных больных заболеваниями ВДП обследовать на носительство СГА бактериологическим методом. В первую очередь необходимо обследовать на бета-гемолитические стрептококки группы А бактериологическим методом контактных лиц из семейных очагов скарлатины. Всех выявленных бактерионосителей СГА после обследования ЛОР врачом санировать высокоэффективными антисептика. По материалам: www.bsmu.by

Страницы

Подписка на RSS - Педиатрия